Бизнес

«Сладкая» жизнь: о развитии сахарной промышленности в период пандемии на примере компании ООО «БМА Руссланд»

«Сладкая» жизнь: о развитии сахарной промышленности в период пандемии на примере компании ООО «БМА Руссланд»

«Сладкая» жизнь: о развитии сахарной промышленности в период пандемии на примере компании ООО «БМА Руссланд»

Сахарная промышленность сейчас переживает не самые лучшие времена. Пандемия, кризис, снижение цен на сахар и сокращение его потребления также отразились на ООО «БМА Руссланд». О том, как обстоят дела на рынке производства после пика пандемии и какие новые возможности открылись для компании, рассказал инженер воронежской компании Павел Лазарев.


1респондент.jpgООО «БМА Руссланд» является крупнейшим производителем оборудования для сахарной отрасли. Предприятие было создано в 2011 году и представляет собой дочернюю компанию немецкой фирмы «BMA AG». Для клиентов существует большой выбор услуг, начиная от проектирования и модернизации заводов, заканчивая автоматизацией технологических процессов и производством оборудования.


— Как пандемия отразилась на работе компании?


— Тут довольно неоднозначный ответ, так как все зависит от отдела. Бухгалтерия, например, работала удаленно, а мы даже в командировки ездили в этот период. Конечно, проходили проверки, нам выписывали командировочные документы, все было по закону, и работа не останавливалась. Единственное, что можно отметить, уменьшение посевных площадей свеклы. На нас это может отразиться.


— А что сейчас происходит в сахарной промышленности?


— Ситуация сложная, несколько лет назад был бум – государство активно субсидировало сахарные заводы, сейчас же рынок переполнен. Статистика говорит, что запасов сахара хватит примерно на год, поэтому и посев в этом году сократили, а значит и работы у заводов стало меньше. Из-за отсутствия финансовой поддержки государства многие предприятия отказываются от наших услуг или замораживают договор на неопределенный срок. Себестоимость сахара сейчас примерно 21-22 рубля, а на прилавках магазина можно заметить ценник в районе 26-30 за килограмм, хотя каких-то пару лет назад ценник был более 40 рублей. Конечно, никто не хочет продавать товар практически за себестоимость, поэтому обороты производства снижаются.


— Почему выгодно существование компании, если сахарные заводы терпят убытки?


— Данный сектор промышленности работает примерно по полгода, за это время заводы перерабатывают несколько тысяч тонн свеклы. Оборудование из-за такого большого объема ломается, изнашивается, что-то вообще приходит в негодность и сразу отправляется на помойку. А мы ведь, как я уже сказал ранее, занимаемся и диагностикой, и поставкой запчастей, и непосредственно ремонтом. И так как у нас большой выбор возможностей и предложений, мы без работы точно не останемся!


— Могут ли производители оборудования как-то повлиять на качество сахара?


— За качество своего продукта мы можем ручаться, но отследить все этапы производства сахара не можем. Ведь здесь важна каждая деталь. Если неправильно сварят сироп или на этапе очистки пойдет что-то не так, наши аппараты не смогут исправить эти ошибки. Но если технологи делают все правильно и оборудование исправно, то сахар должен получиться без брака, все по стандартам. Если у завода есть какие-то проблемы или неисправности, мы делаем все, что в наших силах, поэтому здесь все зависит от добросовестности самих производителей.


— В 2019 году было сделано заявление, что вы собираетесь выйти за рамки сахарной отросли и наладить контакты с масложировой и зерновой промышленностью. Получилось?


— Прошлый год был не самым легким для нашей компании. Были разногласия с головным офисом. Поэтому часть технического отдела и отдела по разработке оборудования ушла, и пришлось расширить профиль. Сейчас у нас есть возможность предоставлять различный спектр услуг не только в сахарной промышленности, но и в других. Несмотря на трудности, это хорошая возможность расшириться и попробовать себя в чем-то новом. Но нашим главным направление все-таки остается и будет оставаться рынок сахара.


— Вы ведь являетесь подразделением немецкой компании – это плюс или минус в российских условиях?


— У нас есть очень сильно преимущество перед другими. Головная компания находится в Германии и существует уже больше века. И мы имеем доступ ко всем их наработкам, чертежам, моделям и прочим материалам. Когда молодые предприятия только выходят на рынок, набивают шишки, учатся, у нас уже есть вековой опыт, который мы используем себе во благо. Еще один из заметных плюсов – это полный соцпакет и белая зарплата. На постсоветском пространстве распространена практика «зарплаты в конвертах», у нас же все прозрачно, так как главное финансирование идет от Германии. А минусы я даже и не вспомню. Есть трудности с управляющими, разный язык и менталитет, не всегда схожи во мнениях. Но каких-то глобальных проблем нет.


— Какой вес вы имеете на нашем рынке? Есть ли у вас конкуренты и в чем ваше преимущество перед ними?


— Опять же, у нас за плечами огромный опыт нашей головной компании и мы хорошо зарекомендовали себя на рынке, были разные проекты по масштабности. Сейчас вот ведется строительство завода в Иране. Несмотря на сложные политические отношения, у нас все проходит чисто и гладко. А если говорить о конкурентах, то их и нет. Есть, конечно, мелкие какие-то предприятия, филиалы Украины, например, но они все равно не сравнятся с нами. Я думаю, мы еще долгое время будем оставаться крупнейшими производителями в этой отросли.



Ирина Басова, факультет журналистики ВГУ

Хиты
214984798
265892
Хосты
5489041
2993
Посетители
9253998
5701
69